В начале этого месяца в Бельгии была остановлена про-веганская кампания, призванная повысить осведомленность потребителей о том, как работает молочная индустрия и почему молоко – не этичный продукт. Кампания была закрыта из-за бурной негативной реакции представителей молочной промышленности, которой, очевидно, есть что скрывать.
«Молоко – это смерть. Смерть 150 000 бельгийских телят в год». Плакаты с такими надписями появились на трамваях в бельгийских городах Антверпен и Гент в начале октября – это была часть инициативы бельгийской организации BE Vegan, которая купила рекламные места у транспортной компании De Lijn.
Однако через два дня De Lijn остановила кампанию (предварительно обсудив это с BE Vegan), потому что давление со стороны фермеров и лоббистских групп фермеров стало «невыносимым». Фермеры заявляли, что слова о том, что молоко – это смерть, «фактически неверны», и что они «вредят и стигматизируют» их. Но так ли это?
В заявлении для прессы Генеральный Синдикат Фермеров (Algemeen Boerensyndicaat) назвал слоган кампании «фальшивым, вводящими в заблуждение и даже преступным заявлением». Однако кампания BE Vegan была призвана всего лишь пролить свет на один из наименее известных аспектов молочного животноводства, а именно – на то, что в этой индустрии погибают телята.
Коровы – как и люди – не могут давать молоко постоянно, поэтому их искусственно оплодотворяют каждый год. Рождающиеся в итоге телята женского пола в будущем сами станут молочными коровами. Телят-самцов же отдают мясной промышленности, и максимум через восемь месяцев их убивают на бойне.
Следовательно, молоко – это смерть для телят. Слоган кампании может немного напоминать лозунг, но он несет в себе смысл и привлекает внимание к проблеме. При этом никто не утверждает, что фермеры сами убивают своих телят.
Слоган компании не содержит в себе ничего, кроме правды, однако множество людей почувствовали себя оскорбленными и направили жалобы транспортной компании De Lijn. Но то, что группа людей оказалась оскорблена правдой, не должно являться достаточной причиной для цензуры. Тем более, что речь идет информации, которая в значительной степени неизвестна общественности, но о которой она имеет право знать.
В последние десятилетия молочная промышленность активно создавала ложный образ себя и молочных продуктов в глазах широкой публики, и ей действительно есть что скрывать. Пожалуй, меньше всего в секторе не любят упоминать, что телята являются неотъемлемой частью производства молока и что новорожденных телят обычно забирают у их матерей в течение первых 24 часов, чтобы в конечном итоге пустить их на мясо. Промышленности выгодно внушать среднестатистическому потребителю иллюзию, что за производством молока не стоят страдания или гибель животных.
Популярность молока заметно возросла за последние десятилетия, и это, прежде всего, результат хорошего маркетинга. Молоко часто представлялось и до сих пор преподносится как чудодейственный продукт. Однако многие заявления о пользе молочных продуктов для здоровья – от потери веса до улучшения спортивных результатов – были опровергнуты. Не существует даже точных научных доказательств того, что молоко укрепляет кости.
Какова бы ни была правда о свойствах молочных продуктов, ясно одно: молоко не является неотъемлемой частью здорового рациона. Что, к слову, довольно удачно для 65% населения мира, не переносящих лактозу.
Между тем, мировые продажи молочных продуктов упали более чем на 20% за последнее десятилетие, в то время как продажи растительных альтернатив молочным продуктам выросли на целых 60% за последние шесть лет. В настоящее время сектор растительного молока имеет на мировом рынке долю не менее 13%.
Понятно, что такое развитие событий не идет на руку молочным фермерам, и они не рады анти-молочным кампаниям. Кроме того, фермеры часто оказываются в эпицентре дискуссий на тему экологических проблем; фермеры выполняют большой объем ручного труда, но за это им не так много платят. Их можно понять. Но, скорее всего, проблемы, с которыми они сейчас сталкиваются, – это только начало. Большинство крупнейших многонациональных компаний мясомолочной индустрии, от Tyson и JBS до Cargill и Danone, уже инвестируют средства в растительные альтернативы. Они знают об общественных тенденциях, которые влияют на рынок, и стремятся не отставать от потребительского спроса.
Возможно, отдельные фермеры не знают об этих изменениях, но фермерским организациям, определенно, пора искать новые возможности с использованием научных и технологических достижений, предпринимательства и государственной поддержки. Но главное, что им нужно сделать – открыться переменам.
Фермеры производят еду. Мы должны быть благодарны им за это. Фермеры могут продолжать производить продукты питания, но для этого им необходимо отслеживать изменяющиеся привычки и ценности потребителей и развиваться вместе с ними.
Вероника Кузьмина