Всем веганам хочется одного – чтобы в мире больше не было эксплуатации животных. Однако методы достижения цели у активистов разные. Зачастую в и так небольшом веганском сообществе возникают противоречия. Например, существует негласное деление на аболиционистов и велферистов. В этом материале мы разберемся в двух разных подходах, но не будем занимать ничью сторону.
АБОЛИЦИОНИЗМ
Аболиционизм (от лат. abolitio «отмена») зародился в XVIII веке как движение за отмену рабства и освобождение рабов. То есть изначально аболиционизм имел социальную окраску. Его сторонники выступали за отмену какого-либо закона или соц. института по нравственным или религиозным мотивам.
Однако позже аболиционизм распространился и на другие сферы и наибольшую известность получил как движение за освобождение животных. На нем и остановимся подробнее.
Веганский аболиционизм – это такое же движение за отмену рабства, что и несколько веков назад, только рабы в данном контексте не люди, а животные. Причем аболиционисты в равной степени борются за свободу как животных, используемых в сельском хозяйстве, так и тех, кого принято считать домашними.
Аболиционисты против полумер и улучшения условий эксплуатации. Они выступают исключительно за полную отмену рабства всех животных. Для них не имеет значения, в каких условиях содержатся животные на фермах, большие ли вольеры в зоопарках или насколько «гуманно» животных убивают для получения мяса, так как они в любом случае эксплуатируются человеком, именно в этом основная проблема.
Все животные равны! Аболиционизм не предполагает, что какие-либо животные заслуживают большей защиты, чем другие. Сторонники движения считают неэффективными такие узконаправленные мероприятия как акции против строительства дельфинариев, цирков или против ношения натурального меха. Потому что они демонизируют один вид (или пару) эксплуатации животных. К примеру, есть акции «антимех», но не бывает «антишелк» и «антишерсть». Такие акции, как правило, фокусируются на жестоком обращении, а не на самой проблематичности использования животных. Основная цель аболиционистов – поменять мышление людей, привести многих к веганству. Мир будет готов меняться, когда в нем будет массовое народное веганское движение.
ВЕЛФЕРИЗМ
В глобальном плане понятие велферизма (от англ. welfare – благосостояние) рассматривается как совокупность взглядов и политики, направленных на создание государства всеобщего благосостояния. В контексте прав животных под «велферизмом» и «велферистами» подразумевают тех, кто занимается улучшением положения животных, но не выступают за их освобождение и прекращение эксплуатации. К таким организациям относятся Всемирная организация здравоохранения животных, Всемирное общество защиты животных, Сострадание в мировом сельском хозяйстве, Королевское общество по предотвращению жестокого обращения с животными и т.д. Они не являются веганскими.
Важно! Все веганские организации в конечном счете выступают за полное освобождение животных и прекращение их эксплуатации. Поэтому фактически, по своей сути они не могут быть велферистскими. Однако так сложилось, что тех, кто не придерживается строгих методов аболиционизма, сегодня ради противопоставления все же называют велферистами (некорректно, но слишком часто, чтобы игнорировать данный термин).
Сами же сторонники велферизма (в том смысле, что указано выше) предпочитают другое, более простое и понятное название «прагматики» – те, кто использует разносторонние методы и подходы для достижения своей цели (полного освобождения животных). А тех, кто использует исключительно методы аболиционизма, они называют франсионистами, так как именно профессор Гэри Лоуренс Франсион – автор принципов, которые были изложены в части про аболиционизм.
За аболиционизм
Марина Ястремская, основательница проекта Vegan Russian @green_guardian_
– В чем основные плюсы аболиционистского подхода к продвижению веганства?
– Я думаю, что он эффективен, потому что максимально этичен по отношению к людям. Аболиционистская агитация предполагает творческое ненасильственное продвижение веганских идей. Например, мы только в крайних случаях используем шок-контент, если полагаем, что без него никак. По нашему мнению, чаще всего он плохо работает. Обычно люди очень пугаются, решают что-то поменять, начинают и затем откатываются к прежнему образу жизни. Кроме того, человек может даже не задуматься о веганстве, а сфокусируется на одном типе эксплуатации животных.
Мы не обманываем людей, когда агитируем их переходить на веганство. Велферисты часто боятся использовать слово «веган» и говорят о пользе растительного питания для здоровья. Они боятся отпугнуть людей от веганства. Мы не боимся и не считаем, что это эффективно – предлагать людям полезную для здоровья диету, когда на самом деле мы хотим, чтобы люди были справедливыми к животным.
Аболиционистская агитация часто проходит в формате вежливого диалога, когда вы общаетесь с потенциальными веганами и веганками, отвечая на их вопросы и сомнения.
– Почему вы не разделяете взгляды велферистов?
– Для меня веганский аболиционизм – это последовательность и уверенность. С велферизмом таких чувств нет. Я уверена, что большинство из нас могут легко перейти на веганство и я не понимаю, зачем здесь нужны полумеры. Мне не нравятся их подход, недомолвки, подмена понятий, поощрение даже самого маленького отказа от эксплуатации, использование шок-контента, сбор донатов на непонятно что. Не нравится, что они много лет ведут борьбу против вивисекции и меха, но не имеют успеха. Не нравится, что они заигрывают с эксплуататорами животных и выдают им премии за «гуманное» обращение.
– Чего удалось добиться сторонникам аболиционистского подхода?
– Это сложно измерить, но я уверена, что веганская агитация приводит в веганское движение много веганов и веганок, которые крепко держатся за свои убеждения. Пускай даже не все из них выбирают веганский аболиционизм. Акции, которые мы проводим, имеют успех и приближают нас к веганскому миру. Например, акция, которую я постоянно практикую: массовые обращения. Я прошу свою аудиторию написать вместе со мной в различные магазины, доставки или производителям. Помню, мы завалили «Пятерочку» просьбами расширить веганский ассортимент, и ведь неплохо сейчас в «Пятерочке»? В «Самокате» раньше ничего веганского не было, мы их попросили и вуаля – куча веганских продуктов и веганский раздел. Или же доставка «Пронто Пицца» в том году согласилась оставить постное меню и переделать его в «Веган». Когда узнали, что в постном майонезе «Московский провансаль» носителем красителя является желатин, повлияли, чтобы производитель заменил его на масло. Подробнее о всех обращениях и успехах можно посмотреть в закрепе сториз «Массовые обращения 2020/2021» в аккаунте Vegan Russian.
За прагматичный подход
Дмитрий Корецкий, координатор проекта Vegan Challenge в России @dmitriiveganov
– В чем основные плюсы велферистского подхода к продвижению веганства?
– Корректнее будет «прагматичного» подхода. Мы сами веганы, продвигаем веганство через Vegan Challenge, продвигаем растительное питание через «Едим лучше» и с недавних пор начали Cage-free кампании. Поэтому называть нас велферистской организаций неправильно. С точки зрения конечной цели и в каноническом понимании слова, мы аболиционистская организация. Мы используем прагматичный подход, аналитику, исследования и методологию эффективного альтруизма для достижения конечной цели.
Мы не ограничиваемся вопросами морали, расширяя аудиторию воздействия. Например, продвигая растительное питание как одно из решений по снижению скорости изменения климата, мы коллаборируемся с эко-организациями и выходим через них на аудиторию, которой плевать на животных, но они будут покупать растительное мясо из-за климата. Таких людей очень много, они помогают развивать растительные альтернативы, а чем больше растительных альтернатив, тем проще стать веганами.
Мы используем разносторонние методы, разные месседжи, работаем с разными аудиториями. Мы используем исследования и аналитику, опросы и статистику, отказываясь от менее эффективных проектов. Работаем над институциональными изменениям. Сотрудничаем с разными организациями (эко, веган, зоозащитными), чтобы усилить свои позиции в рамках конкретных проектов. Мы не использует чувство вины и давление на людей. Мы сотрудничаем с бизнесом, поддерживая введение растительных опций.
– Почему вы не разделяете взгляды аболиционистов? Простите, франсионистов?
– Их методы ограничиваются продвижением веганства как морального минимума. Они отвергают концепцию инкрементного аболиционизма. Большинство их действий настроены на моральное давление и чувство вины. Многие их утверждения не основаны на чем-либо кроме размышлений теоретиков или используют логические ошибки. Их методы не объединяют усилия, а разделяют их. Мы не против использовать пожертвования в своей работе. Мы не считаем, что сотрудничество с невеганскими зоозащитными организациями в рамках конкретных целей вредит движению. Скорее наоборот, благодаря взаимодействию с веганами, многие зоозащитники расширяют свой моральный круг и становятся веганами. Также происходит и в рамках работы над конкретными кампаниями, например, против меха. Люди узнают новости про мех, которые попадают в СМИ, заходят на сайты организаций и узнают информацию о веганстве и страданиях всех животных.
– Чего удалось добиться сторонникам прагматичного подхода?
– Если говорить про глобальные перемены мирового масштаба:
· Запрет меховых ферм в 24 странах. Запрет цирков с животными в 45 странах.
· Создание первого в мире инкубатора Proveg Incubator, ориентированного исключительно на веганские стартапы, выпускниками которого стали 55 коммерческих проектов, включая российский Greenwise.
· Создание таких НКО как Good Food Institute, которые помогают развитию растительных альтернатив в мировом масштабе.
· Проведение крупнейших в мире веганских фестивалей и выставок.
· Проведение образовательных курсов типа Vegan Challenge или Veganuary, через которые прошли уже миллионы людей.
· Создание Center for Effective Vegan Advocacy и множества других проектов, как коммерческих, так и просветительских.
Если говорить про нашу организацию и затрагивать только вопросы продвижения веганства и растительного питания за 2 последних года:
· Запуск Vegan Challenge, через который прошли 17,5 тысяч человек.
· Создание 4 гайдов по растительному питанию для ресторанов и производителей, которые помогли выпуску растительных альтернатив.
· Коллаборация с Greenpeace, благодаря которой на всех ресурсах Greenpeace было опубликовано 20 наших веганских новогодних рецептов.
· Наши предложение по поддержке plant based бизнеса и развитию растительных альтернатив вошли в рекомендации СПЧ для Минздрава и Роспотребнадзора.
· С начала этого года «Едим лучше» было упомянуто в профильных СМИ в статьях по растительным альтернативам уже более 100 раз.
Все это благодаря небольшой группе координаторов и волонтеров.
Что касается достижений, то это только то, что я вспомнил, а так их гораздо больше, особенно на уровне разных стран.
Надежда Петрова
Изображение сгенерировано с помощью ИИ